 |
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) agent_marge | |
|
|
|
|
|
|
|
Россия и Европа уже отстрелялись и спят. В Нью-Йорке толпа ликует на улицах: у них пять минут как наступил Новый год. Нам еще ждать два часа. Я размышляю о феномене влюбленности у авторов. Нашла в своем личном, не выставляемом в интернет дневнике запись о том, что в январе 2008 года я была совершенно влюблена в свой старый роман - приквел к "Белому Шанхаю". Я была счастлива просто от соприкосновения с ним, каждый день перечитывала, наслаждалась... и, как водится, совершенно не замечала его недостатков. Два года спустя я вижу, что эта вещь -- полное барахло, и переделывать надо 90 процентов текста. Слава богу, тогда меня не устроили финансовые условия издательства, и я отложила публикацию книги до лучших времен. Как после таких прецедентов верить своим ощущениям? Откуда автор вообще может хоть что-то понимать в собственных книгах, если чувство влюбленности полностью затмевает разум? Получается, что романы, как вино, надо выдерживать минимум по полгода. Но это абсолютно невозможно по техническим причинам. В Новый год желаю себе и всем, кому это требуется, трезвой головы, ясного взгляда и чувства стиля. Tags: Мысли, Писателям
|
|
|
|
|
|
|
|
|
prachkovskiy | |
|
|
|
|
|
|
|
В 1996 году я поступил в Морскую Академию. И первый Новый Год в качестве курсанта встречать мне выпало на вахте по роте. Курсантское общежитие, где я - иногородний курсант - жил, знало 4 этажа, и на каждом этаже на 24 часа назначались два вахтенных - следить за порядком, делать приборку, старшим курсам за печеньем сбегать или чем покрепче. Мой напарник - из городских - после развода на вахты в 16:00 радостно убежал домой, клятвенно обещая вернуться к 22:00 и подменить меня, а я пообещал своей подруге, что как только меня подменят - полечу к ней на крыльях любви, помогая ногами, и Новый Год мы встречаем вместе.
Ни в 22:00, ни 23:00 мой напарник не появился. Отпустить меня без сменщика дежурный по общаге офицер - мой ротный командир - отказывался. Разрешил лишь сбегать на трамвайное кольцо, позвонить из телефона-автомата - предупредить мою подругу. Дал жетон. На улице было холодно и безлюдно, присутствовало ощущение заброшенной стройки. Звёзды были пронзительно-яркими в морозном воздухе. Под такими звёздами можно грезить. Мне в тот момент грезились поля навозные. Ночь в общаге, упущенный праздник... Тогда я ещё верил в то, что как Новый Год встретишь, так его и проведёшь. В телефонной будке без стёкол я бросил жетон в старый, облезлый, поцарапанный, расчитанный ещё на двухкопеечные монетки, телефон, набрал номер, пошли длинные гудки, трубку подняли, жетон провалился... и застрял. В трубке застыла тишина, не было даже потрескиваний. Я ещё постучал по тому месту, где у телефона, по моему расчёту, должно находиться сердце, подёргал за рычаг, но, видимо, аппарат, уже переживший перестройку и все разумные сроки, твёрдо решил в этот мир больше не возвращаться. На улице было не у кого даже спросить ещё один жетон. Я зашёл в один дом, позвонил в первую дверь в надежде позвонить с домашнего телефона - тишина, позвонил в дверь рядом - пьяный голос попросил меня, нехорошего человека, быстро убежать в неопределённом направлении тремя простыми словами. Я вышел опять на улицу. Постоял рядом с умершим телефоном. Отчаяние медленно овладевало мной - я обещал своей подруге вместе встретить Новый Год, но не могу даже предупредить её об обратном. Через дорогу стояло многоэтажка. Уже без надежды я зашёл в первый подъезд и нажал на один из звонков. Дверь открылась почти сразу.
- Извините, можно от вас позвонить? Телефон на улице.....
- Заходи-заходи, вот телефон, звони, пожалуйста.
Я набираю номер на телефоне в прихожей, говорю: "Лена, ты извини, я не смогу к тебе придти..." "Да я уже поняла," - отвечает. "А сколько времени?" - спрашиваю. Тут в комнате начинают бить часы. Девушка, отрывшая дверь, выносит мне в прихожую бокал шампанского, поздравляет меня с Новым Годом, мы чокаемся, даже немного выпиваем. Чувствую, как у меня поднимаются и расправляются крылья любви. Я говорю: "Лена, я сейчас приеду!" Лечу в общагу, говорю дежурному офицеру: "Павел Иванович, вы меня извините, но я ухожу. Утром вернусь.", переодеваюсь под его обещания нарядов вне очереди и выговоров и.... возвращаюсь только утром. Содержание той ночи в памяти не сохранилось. Мой напарник по вахте тоже утром появился, нюхает воздух носом в разные стороны: "Ну что тут, Костян?" "Без палева, Саня, - говорю, - Новый Год наступил и без нас, а нам за это по выговору влепят. Пошли на завтрак." Это был мой первый и последний выговор за пять с половиной лет в Академии. Вот так я встретил Новый Год - в чужом доме у телефона, хоть и с шампанским. Через пару дней я ещё раз зашёл в ту квартиру, поблагодарил большой шоколадкой за тёплый приём. Потом были встречи Нового Года в одиночестве, и с любимой девушкой в сторожке на платной автостоянке, где я работал, и распивая коньяк с интересной девушкой в интересной обстановке (я совсем не пью), и, наконец, с женой на берегу Северного моря. Может и об этом я как-нибудь рaсскажу. А сейчас поеду домой с работы, поужинаем в узком семейном кругу, уложим дочку спать. Только два часа в году - с нулей до двух часов ночи 1-го января - в Голландии разрешено взрывать петарды и запускать фейерверки. И эти два часа Голландия беснуется и взрывается, звучит это примерно как первые 15 минут фильма "Спасение рядового Райана". И это опять надо будет пережить нашим котам. Дочь, как ни странно, уже две таких ночи крепко проспала.
Хорошей встречи Нового Года всем и счастливого 2010-го! UPD:  Вот такие мы были лихие, мужеложству вопреки! (А. Покровский)
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Previous
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif){kind=small}
